«Вот и всё... — вспыхнула в мозгу ледяная мысль. — Какая нелепая смерть».
Я попытался активировать Шаринган, но мир вокруг уже тонул в агонии. Десятки элитных шиноби Тумана соткались из тумана, словно призраки. Мы не просто попали в засаду — нас ждали. Это была идеально расставленная ловушка.
Ясуши-сан был в нескольких метрах от меня. Хозуки Мангецу, гений Скрытого Тумана, двигался быстрее, чем человеческий глаз мог уследить. В одно мгновение рука Ясуши взлетела в воздух, отсеченная чистым ударом, а в следующую секунду клинок Мангецу с влажным хрустом пронзил шею нашего командира.
Я хотел закричать, но из горла вырвался лишь кровавый бульк. Я видел смерть Ясуши. Я видел, как гаснет свет в его глазах.
И вдруг... реальность вздрогнула и вывернулась наизнанку.
Звуки боя стихли, время словно потекло вспять. Вспышка ослепительного белого света — и я обнаружил себя стоящим в десяти метрах от того места, где только что стоял Кисаме. Моя грудь была цела. Боли не было. Но рядом со мной тяжело дышал Ясуши. Его левый глаз... он стал мертвенно-серым, лишенным зрачка и жизни.
— «Бежим, Кирин! Быстрее!» — прохрипел он, хватая меня за шиворот и буквально волоча за собой сквозь чащу.
Сзади раздались оглушительные взрывы. Земля задрожала. Из клубов дыма к нам выскочили двое наших соплеменников. Они были изранены, их одежда превратилась в лохмотья, тела дрожали от шока, но они были живы.
Мы бежали, пока легкие не начали гореть, а ноги не стали свинцовыми. Только когда звон стали за спиной окончательно затих, Ясуши остановился, прислонившись к стволу сосны. Он тяжело сполз по дереву, зажимая искалеченный глаз рукой.
— «Эй, Кирин... — он слабо усмехнулся, хотя его лицо было белым, как мел. — Напугал я тебя? Твое лицо сейчас... стоит миллион рё».
Я смотрел на него, не в силах вымолвить ни слова.
— «Это была Идзанаги, — выдохнул он, и голос его сорвался. — Запретная техника, превращающая иллюзию в реальность, а реальность — в сон. Я стер свою смерть и твою тоже. Но цена... цена всегда одна. Глаз больше никогда не откроется».
Мир вокруг окончательно превратился в кошмар, лишенный всякой надежды. Запах гари смешивался с удушливым ароматом сырого мяса и соленой морской воды. Ясуши-сан сидел, привалившись к дереву, его лицо превратилось в серую маску, а единственный живой глаз смотрел в никуда.
— «Кирин... мы выиграем тебе время. Беги. Ты должен не просто выжить, ты должен... помнить», — прохрипел он, толкая меня в сторону леса.
Но бежать было некуда.
Из тумана, словно демоны, соткались шестнадцать фигур в масках АНБУ Корня. Они вышли с той стороны, куда мы надеялись прорваться. Сзади послышался издевательский смех Мечников Тумана. Мы оказались в капкане, захлопнутом руками своих же союзников.
— «Их тела — наши», — холодно произнес оперативник Корня, делая шаг вперед. Его голос не выражал ни капли жалости, только сухой расчет. — «Всё, как и договаривались».
— «Эти Учихи оказались крепче, чем мы думали. Наши договоренности нужно пересмотреть, цена за их глаза выросла», — Фугуки Суйказан облизнул акульи зубы, поглаживая Самихаду, которая жадно урчала, предвкушая пир.
— «Рассмотрим. После того как получим их Шаринганы», — отрезал Корень.
С двух сторон на нас обрушился шквал ниндзюцу. Огонь столкнулся с водой, создавая кипящий пар, который заживо варил кожу. Это был конец. Двое наших джонинов упали первыми, их тела превратились в решето под градом кунаев и водных пуль. Ясуши-сан в последний раз рванулся вперед, закрывая меня своим телом от смертельной техники. Я чувствовал, как его кровь, горячая и липкая, заливает мне лицо.
— «Нет... нет! Ясуши-сан!» — я прижал его бездыханное тело к себе. Горло сдавило от немого крика.
Окружающие нас убийцы не спешили. Один из оперативников Корня уже направил кунай целясь над моей шеей , но другой перехватил его руку.
— «Стой. Подождем. Его Шаринган эволюционирует... посмотри, уже два томоэ. Когда станет три — ценность глаз взлетит в разы. Дай ему еще немного отчаяния».
Мой разум плавился. Шаринган в моих глазах вращался с безумной скоростью, выжигая глазницы болью. В голове пульсировала только одна мысль: «Дуэль. Система. Спрятаться». Но кого выбрать? Я был изранен настолько, что даже генин мог прикончить меня щелчком пальцев.
И тут небеса раскололись.
Ярость Вечного Зеленого Зверя
Из глубины тумана на поле боя обрушилась мощь, которую невозможно было представить. Это была не просто техника — это было само воплощение разрушения.
«ПОЛУДЕННЫЙ ТИГР!»
Огромная волна сжатого воздуха, принявшая форму ревущего хищника, смела всё на своем пути. Деревья вырывало с корнем, а шиноби, попавших в эпицентр, просто превращало в кровавый туман. Это был Майто Дай.
Он опоздал. Его единственный сын, Майто Гай, погиб вместе с остальными генинами-приманками. Теми самыми, которых Корень приказал устранить, чтобы информация о предательстве не вышла наружу. Видя бездыханное тело сына, Дай открыл последние, Восьмые Врата Смерти. Его кожа стала багровой от лопающихся сосудов, а вокруг тела бушевало пламя из испаряющегося пота и крови.
Это была сцена из преисподней. Дай не разбирал врагов — для него все, кто был здесь, были виновны в смерти Гая.
— «УТРЕННИЙ ПАВЛИН!» — взревел он, и небо озарилось тысячами огненных ударов.
Кулаки Дая двигались так быстро, что трение о воздух создавало бесконечные взрывы. Огненные шары посыпались на землю, превращая лес в выжженную пустыню. Шиноби Тумана и АНБУ Корня метались в панике, пытаясь уйти от этого стихийного бедствия, но Дай в режиме Восьми Врат был везде и нигде одновременно.
Меня отбросило ударной волной на десятки метров. Ребра хрустнули, легкие наполнились дымом. Я ели дышал, наблюдая, как огненный ад пожирает моих мучителей.
«Сейчас... или никогда!» — лихорадочно подумал я.
Я хотел выбрать целью Фугуки, но понимал: даже израненный, он убьет меня. Мой взгляд упал на Хошигаке Кисаме. Тот самый молодой талант, который пронзил м
не сердце в начале боя. У меня был контакт с ним.
[Дуэль активирована.]